Карта сокровищ. КГИОП готовит масштабную инвентаризацию исторического центра Петербурга

В закон «О границах зон охраны…» (№ 820–7) включат карту исторических зданий, не являющихся памятниками. В этих домах хотят учесть ценные элементы, которые ныне практически не защищены. Одновременно под охрану собираются взять некоторые сталинки. При этом юридическая защита других зданий может быть ослаблена. Для всего этого КГИОП затеял масштабную инвентаризацию исторического центра.

map_01

Нововведения готовятся в рамках разрабатываемых сейчас поправок в закон №820–7. «Нужно инвентаризировать всю историческую застройку. И все–таки сделать различные режимы для зданий, имеющих различную архитектурную и историческую ценность», — сказал «ДП» глава КГИОП Сергей Макаров.

Закон охраняет все исторические здания (до 1917 года постройки — в центральной части города и до 1957–го — в остальной) в границах обозначенных в нем зон: дома нельзя сносить, за исключением аварийных, а при сносе надо восстановить фасад и общий объем. По подсчетам КГИОП, всего в городе около 16 тыс. исторических зданий.

При этом под действие закона не подпадают дома, признанные памятниками: у каждого из них есть предметы охраны, ими могут быть не только стены, но и другие ценные элементы: двери, интерьеры и т. д. За их уничтожение предусмотрена ответственность, хотя на практике она наступает редко.

По словам Сергея Макарова, статусы исторических зданий будут разделены в новой редакции закона. Он отметил, что поправки сейчас обсуждает рабочая группа по развитию исторического центра Санкт–Петербурга (образована решением ЗакСа, известна также как согласительная комиссия).

«Они обсуждают ввод в этот закон даже не адресного перечня, а карты расположения всех исторических зданий в городе», — рассказал «ДП» знакомый с работой комиссии член ВООПИиК Дмитрий Литвинов.

Сталинские ценности

Карта позволит избавиться от разночтений: какой дом является историческим, а какой нет. «Если в пределах одного адреса есть и советские, и исторические корпуса, как без карты это определить? От нынешнего произвола надо избавиться, ну и параллельно убрать такие нелепости, когда дом числится историческим, а внешне уже не имеет ничего общего с дореволюционной постройкой», — сказал Дмитрий Литвинов.

В закон хотят ввести новое понятие — «ценное историческое здание». В эту категорию отберут часть зданий, возведенных с 1918 до 1957 года. Очевидно, что в основном это будут сталинки. Среди построек той эпохи много утилитарных (таких, как заводские проходные), поэтому их будут брать под охрану избирательно.

Карта будет содержать важную информацию по каждому дому. В частности, предполагается зафиксировать, какой корпус является лицевым для каждого здания (именно его облик требуется сохранять).

«КГИОП поставил вопрос о новом определении исторических зданий. И о дифференцировании этих исторических зданий по их ценности с точки зрения КГИОП», — рассказал «ДП» член рабочей группы депутат ЗакСа Алексей Ковалев. По его мнению, дифференциацию нужно вводить, но при безусловном сохранении дореволюционных зданий. В предложениях же комитета, по его данным, допускается снос «представляющих недостаточную ценность» построек.

Предметный спор

Важным вопросом является охранный статус ценных элементов исторических зданий. «КГИОП обеспокоен возможностью утраты исторических витражей или элементов металлодекора на внутридворовых фасадах зданий, так как в настоящее время такие элементы не охраняются режимами закона 820–7. В связи с этим работа направлена в том числе на выявление, систематизацию, учет ценной отделки и выработку методов по ее сохранению», — сообщили нам в комитете.

Старинные дома регулярно несут потери: уничтожаются витражи, ворота, козырьки, балясины лестниц и т. д. Но из этого вытекают следующие вопросы: каковы будут санкции за уничтожение ценных элементов, как их будут восстанавливать (ведь для этого должно быть детальное описание), кто будет ответственным за сохранность, будут ли с ним заключать охранное обязательство, как это бывает с владельцами памятников и т. д. По этому поводу идут дискуссии среди участников рабочей группы. «Но пока, как я понимаю, они еще спорят о терминах. Ведь предметы охраны могут быть только у объектов культурного наследия», — говорит Дмитрий Литвинов.

Идея с усилением охраны не памятников важна для участвующих в работе группы общественников, но не нравится Сергею Макарову. «Если здание обладает несомненной архитектурной, исторической и градостроительной ценностью, а внутри еще шикарные интерьеры, значит, оно должно перестать быть историческим зданием и его нужно скорее включать в реестр памятников», — заявил глава КГИОП.

С таким подходом к разработке закона не согласен имеющий отношение к работе комиссии архитектор Павел Никонов. «У нас объектом Всемирного наследия является весь город как таковой, — сказал «ДП» зодчий. — Представьте себе пейзаж города художника–передвижника с поваленной избенкой на переднем плане и великолепнейшими соборами на дальнем. Возьмите и уберите из этого пейзажа то, на что вам смотреть нужды нет, что КГИОП хочет назвать неценной застройкой, и цельной картины города уже не будет».

Сергей Макаров не считает, что в законе необходимо прописывать дополнительную ответственность. Он говорит, что для этого достаточно нормы ст. 7.13 КоАПП, по которой за «несоблюдение ограничений, установленных в границах зон охраны» граждан штрафуют на сумму 15–200 тыс. рублей, а юрлиц — от 200 тыс. до 5 млн рублей.

«Кодекс мы менять не можем, потому что он федеральный. А работа над 820–м законом о статусе исторических зданий идет», — заключил глава КГИОП.

В свою очередь, Павел Никонов считает, что вместо дифференциации объектов стоило бы усилить ответственность в законе.

Гендиректор СРО «Объединение строителей Санкт–Петербурга» Алексей Белоусов в комментарии «ДП» отметил, что сегодня даже собственникам памятников архитектуры зачастую неизвестны предметы охраны принадлежащих им зданий. Эта информация есть в КГИОП, но публичной ее не сделали. Соответственно, он сомневается, что в случае исторических зданий ситуация будет лучше. «В законе всю эту информацию не отразить. Закон на то и закон — он рамочный», — сказал эксперт.

map_02

Добровольцы

«Предварительное натурное обследование территории проектирования», то есть инвентаризация исторических зданий, было включено в госконтракт по подготовке обосновывающих материалов для разработки проекта новой редакции закона 820–7. Договор стоимостью около 8 млн рублей заключен с ООО «НИиПИ Спецреставрация». По данным сайта госзакупок, на сегодня исполнение его завершено.

На основе подготовленных материалов в нынешнем году объявят отдельный конкурс на разработку полноценного проекта зон охраны. Как ожидается, в его ходе инвентаризация продолжится. Такой конкурс еще не объявлен, знает Алексей Ковалев. Но в комитете решили попутно вести работу и без оплаты, на общественных началах.

«КГИОП будет проводить данное исследование (инвентаризацию. — Ред.) в том числе силами своих специалистов за счет средств бюджета Санкт–Петербурга, однако привлечение волонтеров позволит сократить сроки работы и быстрее получить практический результат», — пояснили в ведомстве.

В КГИОП заявили, что с марта к инвентаризации будут привлечены участники проекта «Открытый город», прошедшие обучение по направлению «Мониторинг объектов культурного наследия» в Школе волонтеров, организованной совместно с петербургским ВООПИиК. «Мы некоторое время не понимали, к чему привлечь волонтеров, которые прошли у нас обучение», — сказал «ДП» Сергей Макаров. Но теперь им нашли применение.

Помимо фотографирования улиц и зданий волонтерам поручат фиксировать сведения о ценных сохранившихся элементах интерьеров и экстерьеров.

Дмитрий Литвинов пояснил «ДП», что участие волонтеров было инициативой КГИОП. «Я не знаю, как и сколько в «Открытом городе» обучали этих волонтеров. От помощи ВООПИиК они отказались, — сказал он, — вообще–то эта работа поручена мастерской Пасечника («Спецреставрации». — Ред.)… Просто, видимо, решили добавить дополнительные силы».

«Я первый раз слышу, что какая–то инвентаризация идет и кто–то кого–то на нее привлекает. Это просто видимость работы, чтобы можно было сказать: вот эти здания не ценные, их мы и сносим», — поделился мыслями Алексей Ковалев.

В контексте

Законодательство об охране памятников сурово, но не всегда обязательно к исполнению. Раньше была такая лазейка: желающие снести что–нибудь очень старое ссылались на особую социальную значимость проекта. Таким приемом порушили несколько дореволюционных зданий под расширение Приморского пр. А также снесли дом на Загородном пр., 19. Еще одним «терминатором» была формулировка о «необратимой аварийности». Подумав, решили, что в наше время ничего необратимого не бывает, и оставили просто «аварийность».

Другой механизм: изменение дат постройки зданий. Если дом в центре построен до 1917 года включительно, его нельзя рушить, а если позже, то можно. Омоложению в документах подвергли, например, дореволюционный дом на Ремесленной ул., 3, который мешал построить съезд с моста Бетанкура. Результат был относительно успешен: мост к чемпионату мира ввели, но и без уголовного дела не обошлось. После нескольких таких историй Смольный договорился с Росреестром, что обо всех подобных случаях будут сигнализировать в комитет по охране памятников. Теперь же, как говорят, КГИОП сам хочет решать судьбу малоценной, на его взгляд, исторической застройки.

В общем, закон о зонах охраны все время доводят до ума, и еще есть куда. Скажем, зоны регулирования застройки (это такая мягкая разновидность охранных зон) явно регулируют застройку недостаточно. Иначе позади корпусов–памятников бывшего завода «Петмол» не нависли бы многоэтажки, которые разнообразили не только панорамы Московского пр., но и старинные пейзажи Коломны.

Но, пожалуй, самая большая несуразность законодательства в том, что памятники архитектуры защищены федеральным законом (73–ФЗ, «Об объектах культурного наследия») слабее, чем просто дореволюционные здания — городским (820–й, «О границах зон охраны…»). Потому что для простых зданий есть жесткие зоны охраны (и пусть не все, но внешний облик построек эти зоны сегодня берегут).

А режим использования памятников можно существенно скорректировать, если провести историко–культурную экспертизу. Таким путем был, например, подведен под реконструкцию дом Мордвиновых на Театральной пл. (по сути, от этого здания осталась только часть фасадных стен).

И корректировкой 820–го закона эту проблему не решить.


〉〉

Среда вокруг памятников не менее ценна, чем сами объекты культурного наследия. Сейчас и в Европе подход заключается в том, что если теряется среда вокруг памятника, то, в общем, о чем тогда этот памятник, есть ли он?

 

СЕРГЕЙ МАКАРОВ
глава КГИОП

 


〉〉

На многих исторических зданиях, не внесенных в реестр памятников, есть витражи и другие ценные элементы. Они погибают, поскольку полноценно не защищены законодательством. Надо решать эту проблему.

 

АЛЕКСАНДР КОНОНОВ
зампредседателя ВООПИиК

 


〉〉

Для того чтобы узнать, что ждет здания в перспективе, мы должны собрать о них как можно больше информации. Таким образом можно подсчитать деньги и силы, которые придется потратить. Это позволит просить о каких–то субсидиях, например федеральных, потому что денег городского бюджета на реконструкцию исторического центра недостаточно.

 

АЛЕКСЕЙ БЕЛОУСОВ
Гендиректор Сро «Объединение Строителей Санкт–Петербурга»

 

Источник: Деловой Петербург

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *